На протяжении многих веков в открытом море главенствовал один определяющий принцип – свобода. Государства обладали широкими правами на судоходство, рыболовство и проведение научных исследований в районах за пределами национальной юрисдикции. При этом в отношении минеральных ресурсов Международного района морского дна действовал иной подход – они рассматривались как «общее наследие человечества». Эти два принципа долгое время гармонично дополняли друг друга, обеспечивая устойчивость сложившегося правового порядка.

Однако поддерживать этот баланс становится все сложнее.

В январе вступило в силу Соглашение на базе Конвенции Организации Объединенных Наций по морскому праву о сохранении и устойчивом использовании морского биологического разнообразия в районах за пределами действия национальной юрисдикции – также известное как «Соглашение по морскому биоразнообразию» или «Договор об открытом море». Это соглашение было достигнуто в результате почти двадцатилетних переговоров. Многие считают, что оно стало важнейшей вехой в международном публичном праве со времен принятия Конвенции ООН по морскому праву. Документ знаменует существенный сдвиг в подходе к управлению морскими ресурсами – от стремления максимально использовать ресурсы к обеспечению экологической устойчивости.

Соглашение вступает в силу на фоне все более очевидных недостатков действующей системы управления. Районы за пределами действия национальной юрисдикции охватывают почти две трети мирового океана, включая открытое море и Международный район морского дна. Несмотря на то что отдельные международные организации регулируют судоходство, рыболовство, добычу полезных ископаемых и иные виды деятельности, до сих пор отсутствовала единая правовая база, способная комплексно защищать морское биоразнообразие в этих зонах.

В результате нагрузка на морские экосистемы продолжает расти. Развитие науки и технологий сделало ранее труднодоступные морские генетические ресурсы и глубоководные полезные ископаемые все более ценными, что обостряет конкуренцию за них. Кроме того, утрата биоразнообразия, изменение климата и загрязнение океанов наглядно демонстрируют ограниченность существующих механизмов управления. Главный их недостаток в том, что они изначально ориентированы на освоение ресурсов, а не на защиту экосистем.

Соглашение по морскому биоразнообразию призвано восполнить этот пробел. Документ регулирует использование морских генетических ресурсов и вводит инструменты управления на порайонной основе, – например, создание охраняемых зон. Он также устанавливает правила для экологических экспертиз, помогает наращивать научный потенциал и передавать технологии. Таким образом, формируется первая комплексная система реализации соглашения, специально предназначенная для защиты биоразнообразия за пределами национальной юрисдикции.

Значимость соглашения выходит далеко за рамки природоохранной повестки. Как и большинство международных договоров, оно определяет не только предмет регулирования, но и круг тех, кто эти правила создает. Решения о том, где создавать охраняемые районы, как распределять доступ к генетическим ресурсам и проводить экологическую оценку, напрямую определяют будущие модели освоения океана. В этих условиях страны, обладающие сильной научной базой, передовыми технологиями и развитыми системами мониторинга, скорее всего, смогут активнее участвовать в этих процессах и напрямую влиять на реализацию соглашения.

Согласно данному соглашению, такое участие является полностью легитимным. Именно поэтому его реализация неизбежно затронет не только экологические, но и геополитические интересы сторон. По мере того как модель управления переходит от абсолютной свободы к четким правилам, вопрос о том, кто и как будет влиять на глобальное всеобщее достояние, приобретает особую остроту.

Именно поэтому воплощение договора в жизнь может оказаться сложнее, чем сами переговоры. Геополитические факторы по-прежнему оказывают существенное влияние. Так, США подписали соглашение, но не ратифицировали его, а Россия пока не присоединилась к документу – это снижает его универсальность. На институциональном уровне потребуется наладить тесное взаимодействие между Соглашением по морскому биоразнообразию и действующими структурами, включая Международную морскую организацию, Международный орган по морскому дну и региональные организации по управлению рыболовством. Важно, чтобы новый договор не подрывал существующие полномочия, а органично дополнял их.

Еще один серьезный вызов – разрыв в потенциале между разными странами. Успех соглашения зависит не только от юридических обязательств, но и от того, располагают ли государства научным опытом, финансовыми ресурсами и техническими возможностями. Следовательно, чтобы управление океаном было по-настоящему инклюзивным, критически важно гарантировать реальное участие развивающихся государств. Этого можно добиться за счет укрепления их потенциала и передачи передовых технологий.

Кроме того, сами природоохранные меры не должны становиться источником новых конфликтов. Меры управления на порайонной основе призваны защищать морские экосистемы, а не провоцировать конкуренцию за морское пространство. Поиск баланса между охраной природы и устойчивым использованием ресурсов останется одним из самых сложных испытаний для реализации соглашения.

На этом фоне Китай последовательно поддерживает соглашение, подчеркивая при этом необходимость как эффективной охраны, так и равноправного участия. Будучи полноправным участником переговоров, Пекин в числе первых ратифицировал соглашение. КНР стремится защищать законные интересы развивающихся стран, одновременно активно содействуя развитию глобального управления в сфере океанов. Заявления, сделанные Пекином при ратификации – в частности о том, что договор не имеет обратной силы, границах его действия, уважении существующих международно-правовых норм и принятии решений консенсусом, – свидетельствуют как о поддержке соглашения, так и о приверженности обеспечению правовой определенности.

Китай также активно сотрудничает на международном уровне в области изучения морских генетических ресурсов, наращивания потенциала и передачи морских технологий. Заявка на размещение секретариата договора в Сямэне (провинция Фуцзянь) демонстрирует готовность Китая вносить вклад в общее благо в сфере глобального управления океаном и поддерживать долгосрочную реализацию соглашения.

Договор об открытом море – важный шаг в эволюции системы управления глобальным всеобщим достоянием. Однако его успех будет зависеть не столько от текста документа, сколько от того, как государства будут применять его на практике. Главная задача – примирить требования экологии с рациональным освоением ресурсов и укрепить международное сотрудничество, не ущемляя при этом законных прав сторон. Важно, чтобы океан оставался общим достоянием, управляемым на основе эффективных и справедливых правил. Именно способность сохранить этот баланс по мере перехода от переговоров к реализации определит, оправдает ли новая глава в управлении океаном возлагаемые на нее надежды.

Источник: China Daily